В январе 2011 года Тим Кук, исполнявший обязанности главы компании, объявил о планах Apple реанимировать проект Aquarius, и потратить на это 3,9 миллиардов долларов. Стив, чуть позже, объяснил что имелось в виду… Проект Aquarius (1986-1989) был одной из самых ярких страниц в истории Apple Computer времен Джона Скалли. Процессоры Motorola 68000 и Motorola 68020 перестали устраивать компанию, и Жан-Луи Гассé решил поступить “как все”. Все – это Sun Microsystems, Hewlett Packard и другие, заменившие процессоры от Motorola на RISC-процессоры собственной разработки.
Жан-Луи не сам додумался до этого: эту идею ему (главе группы продвинутых технологий Apple Computer) предложил Сэм Холланд. А в самом деле: почему бы и нет? Ни по объёму продаж, ни по размеру прибылей Apple Computer не уступала ни одной из этих компаний.
Джон Скалли не стал возражать, разрешил создать команду из 50 человек для работы над проектом и выделил финансирование. Руководить разработкой был назначен автор идеи. С очень неплохой прибавкой к жалованию. Инженеры компании раскритиковали идею в пух и прах, с редким единодушием – но их мнение было проигнорировано.
Через год, во второй половине 1987 года, на рынок должен был выйти самый первый Mac с 4-ядерным RISC-процессором разработанным Apple. Такого процессора еще ни у кого не было, и в ближайшее время не ожидалось (интересно, почему?) – его триумфальный успех был просто гарантирован.
Представьте себе: на смену Macintosh II, на процессоре Motorola 68020 с тактовой частотой в 16 Мегагерц, пришел бы монстр (назовем его Aqгarius) подобного которому еще никогда и ни у кого не было, с 4-ядерным RISC-процессором и хотя бы с такой же тактовой частотой. Джон Скалли, Жан-Луи Гассé и Сэм Холланд остаются в памяти благодарных потомков, а Apple первой в мире становится компанией с капитализацией в триллион долларов…
Это первая часть серии про процессоры от Apple.
Время разбрасывать камни
Стоимость затеи оценили в 50-100 миллионов долларов, готовое к производству изделие команду обязали представить летом 1987 года. Подбором кадров и детализацией задач занимались Сэм Холланд и лично Жан-Луи (один из топ-менеджеров).
На совещания по проекту Aquarius скептиков и критиканов перестали приглашать, чтобы они не разрушали творческое вдохновение команды. Джон Скалли попросил держать его в курсе, и пообещал предоставить разработчикам все необходимое для работы. И занялся другими делами.
Для работы над супер-процессором потребовался суперкомпьютер Cray, за 15 миллионов долларов, и специальное программное обеспечение на сотни тысяч. Жан-Луи без лишних слов санкционировал покупку Cray, но Скалли её притормозил: в совете директоров были сплошные ретрограды, люди без фантазии и амбиций, их бы просто не поняли.
Самым успешным решением всего проекта (за исключением решения о его прекращении) была отмазка для совета директоров: по документам суперкомпьютер приобретался для группы промышленного дизайна. В частности, для сложных термодинамических расчетов.
В список приобретаемого программного обеспечения добавили соответствующие пакеты.
Проблема действительно существовала, и совет директоров о ней знал, суперкомпьютер был приобретен, установлен и запущен.
Данных о планируемых тактико-технических характеристиках новинки (кроме числа ядер), технологических процессах и практически никаких других – НЕТ.
Люди напряженно работали, консультировались (за деньги) у сторонних компаний, на свет появились мегабайты всевозможной документации, но результата не было. Никакого.
Оценивать было нечего. Сэм Холланд был отстранен от руководства проекта и ушел в историю (больше ничего про него узнать не удалось).
Вторая попытка
Проект поручили Алу Алкорну, Apple Fellow и легенде компьютерной индустрии. Видимо, он был единственным в мире работодателем Стива Джобса (еще до Apple, Стив работал на Ала в должности техника). Стив еще помогал приемному отцу продавать подержанные автомобили, но это немного другое. Больше Стив никогда и ни на кого не работал. В Apple Computer он был одним из учредителей и владельцев компании.
Ал, впервые с начала проекта, привлек к его руководству специалиста по разработке микропроцессоров, Хью Мартина. Ознакомившись с состоянием проекта, Хью потребовал его закрыть, из-за абсолютной бесперспективности. Но и его не услышали.
Хью обратил внимание высокого руководства на неизбежный критический перегрев 4-ядерного монстра, и задал вопрос: “а знает ли кто-нибудь почему никто этого не делает?” – но его возмущение и вопросы были проигнорированы.
Проект был продолжен, Хью взялся за его реализацию: вдруг, все-таки, в этом что-то есть? Ну не может же руководство столь известной в индустрии компании заниматься глупостями! И тратить на них такие деньги. Наверняка им что-то известно, о чем ему не хотят говорить.
Время шло, проект поглощал финансирование, но ощутимого результата не было. Ни в 1988, ни в 1989.
Вместо оправданий, Хью постоянно говорил Скалли и Гассé о нереальности проекта, о том что собственные процессоры никогда не смогут конкурировать с Intel или Motorola, но его не слышали.
Наконец, в 1989 году Алу Алкорну удалось закрыть проект. Cray был передан в группу промышленного дизайна. Часть инженеров была переведена в другой проект – рабочей станции на основе Motorola 88000, RISC-процессоре на единственном ядре. Шаг назад?
Проект Aquarius оставил след в истории: в конце 80-х я читал несколько публикаций в СМИ (естественно бумажных, других тогда еще не было) о нем. Они заставляли с нетерпением ждать прекрасного будущего, которого так и не случилось.
В одной из статей описывался Macintosh III, на 4-ядерном RISC-процессоре с тактовой частотой в 50 Мегагерц, в корпусе неземной красоты, который по мнению авторов не мог не стать компьютером года в 1991 году. “Таким он будет!” – мечтал автор. Увы.
2011, Aquarius II, Стив Джобс
В январе 2011 года Тим Кук отказался комментировать сделанное им заявление. Тим был временно исполняющим обязанности главы компании, подобные глобальные проекте явно выходили за пределы его полномочий – и рассказать про реанимацию “Водолея” он мог только по поручению Стива Джобса.
Фантастические опусы в СМИ захватывали и интриговали, но ясности не прибавляли.
Что-то “безумно великое” во всем этом точно было: чип Apple A4, созданный совместными усилиями Apple и Samsung, реально существовал. Применялся в первом iPad, в iPhone 4, в iPod touch четвертого поколения и в новом Apple TV. В основе чипа был чужой процессор, всего-лишь доработанный в Apple (и, по неподтвержденным сведениям, в ARM), но все это было началом чего-то очень важного и большого, и слова Кука вызвали взрыв. Эмоций, предположений, ругательств, фантазий – всего сразу.
Когда именно, и в каких обстоятельствах – неизвестно, но Стив прокомментировал слова Тима Кука: в 1986-89 годах у Apple не было реальной необходимости разрабатывать свой собственный процессор. И денег на это у компании не было, проект был обречен.
Ситуация изменилась. Samsung выпускает и процессоры для мобильных устройств, и сами мобильные устройства. Конкурировать с Samsung в этих условиях невозможно. Проигрыш в этом случае был бы гарантирован. У Apple просто нет другого выхода. Вот и все.
Apple A5 (март 2011 года) и Apple A5X (март 2012) были последними “яблочными” чипами на основе хоть и доработанных, но чужих в своей основе процессоров.
Первый процессор собственной разработки, “Swift”, дебютировал в сентябре 2012 года в составе Apple A6, а через полтора месяца он же был использован в Apple A6X.
На всякий случай: Apple A6 и Apple A6X иногда называют процессорами, но это не совсем корректно. Оба эти изделия – КнК, “компьютер на кристалле” – соединение на одном чипе нескольких функциональных подсистем, в число которых входят и ядра CPU (собственно процессора), в Apple A6 и Apple A6X это 2-ядерный процессор Swift.