Госдума в первом чтении рассмотрит изменения в закон «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию». Вся эта неделя была ознаменована неоднозначными публикациями в Интернете на эту тему, суть которых сводилась к одному: караул, опять цензуру вводят. Против чего мы выступаем? Мы выступаем против того, чтобы любой человек мог беспрепятственно смотреть в Интернете детское порно, смотреть рекламу или инструкции по изготовлению наркотических средств и входить в сообщества, призывающие к суициду.
Законопроект появился в результате работы Лиги безопасного Интернета, члены которой принимали непосредственное участие в раскрытии крупнейшей в России и СНГ ОПГ педофилов «Феликс». Мы видели то, чем занимаются эти люди. Это не просто зло как оно есть. Это квинтэссенция зла. Но мы живем в демократической стране. Искать, доказывать состав преступления и выбирать меру наказания — дело правоохранительной системы и судов.
Не беря на себя функции государства, рядовой гражданин в состоянии лишь свести к минимуму возможность распространения детского порно, пропаганды наркотиков и суицида в Сети. И если каждый родитель вправе самостоятельно настраивать ограничения на доступ в Интернет для своего ребенка, оберегая его от вредоносного контента, то и государство, заботясь о своих гражданах, вправе и должно ограничивать противоправный контент, о чем гласит ст. 55 Конституции.
Все технически грамотные пользователи Интернета скажут, что невозможно полностью ограничить доступ к каким-либо ресурсам в Глобальной сети. И будут правы. Законопроект, будучи принятым, не будет являться на 100% фильтром негатива. Его задача скромнее, но не менее важная от этого — уберечь детей от пагубного влияния. Тот, кто захочет что-то посмотреть в Сети, скорее всего найдет, как ему это сделать. Абсолютное большинство детей не являются обладателями необходимых технических знаний и навыков, чтобы обойти фильтр. Таким образом мы защитим большинство детей от противоправного контента.
Противники законопроекта настаивают на том, что таким образом вводится цензура в Интернете и ограничивается свобода слова. Но, позвольте, мы все учим детей не разговаривать с незнакомцами. Почему же в Интернете вы готовы предоставлять слово тем, кто расскажет вашим детям, как в домашних условиях приготовить наркотик или как модно вступить в виртуальный клуб самоубийц?
Полагаю, что ни один родитель на свете не желает этого для своих детей. Тогда в чем камень преткновения, почему вокруг необходимого законопроекта столько шумихи в СМИ? Законопроект не раз обсуждался с широкой общественностью: ИТАР-ТАСС — декабрь 2011 года, Форум безопасного Интернета — февраль 2012 года, Минкомсвязи России — март 2012 года, Российская интернет-неделя RIW-2012 — апрель 2012 года.
Кого-то пугает возможное снижение скорости передачи данных, кого-то пугает нарушение конфиденциальности конечных пользователей. Но никого ведь не пугает, что простейшая антивирусная программа, установленная на вашем личном компьютере, тормозит его производительность на 20% минимум, и то, что мы сами рассказываем о себе в Сети. Даже со стороны провайдеров нет возражений, так как все они имеют необходимое оборудование для фильтрации противоправного контента, то есть дополнительных расходов не понесут.
С моральной точки зрения законопроект просто необходим, потому что за последние десять лет количество материалов с детской порнографией в России выросло в 25 раз, количество сексуальных преступлений в отношении несовершеннолетних — в 30 раз. Любой рост количества виртуальных материалов о сексуальном насилии над детьми ведет к всплеску реального насилия над детьми.
Теперь давайте поговорим по поводу черных списков. Некоторые спикеры говорят, что это и есть введение цензуры и что в них могут попасть любые сайты и ресурсы. Хочется им напомнить, что мы живем не в Китае, чтобы Google запрещать. Изначально в черных списках присутствуют только те ресурсы Интернета, которые пропагандируют детское порно, распространение наркотиков и призывы к суициду. Это исчерпывающий список. Любое его изменение возможно только по решению суда. Более того, любое решение суда еще и может быть обжаловано в трехмесячный срок.
Я уверен, что законопроект постепенно наберет необходимую поддержку среди населения. Просто в россиянах сильна генетическая память о недавних событиях прошлого, когда во всех СМИ была цензура, все было запрещено и единственным глотком свободы был самиздат. Однако тогда государству не потребовалось принимать никакой закон, чтобы закрутить гайки в стране, — оно просто сделало это. Сейчас же предлагается цивилизованный способ контроля противоправного контента.
Денис Давыдов, исполнительный Директор Лиги безопасного Интернета